Как сложилась судьба «Большой Сью», которая позировала внуку Фрейда для скандальных картин, сделавших его миллионером

Люсьен Фрейд и Сью Тилли: история скандальной музы.

Люсьен Фрейд и Сью Тилли: история скандальной музы.

Если бы славу художников можно было бы измерять в килограммах, то чаша весов Люсьена Фрейда (да-да, того самого скандально известного внука великого психоаналитика) потяжелела бы сразу на 127 кг. Именно такой был у «Большая Сью», так называли натурщицу художника Сью Тилл, которую он изобразил на одной из своих самых известных картин.



Женщина абсолютно обнажённая, кажется, спит крепким сном. А художник зачарован её телом: тучным, не мускулистым и не подтянутым, с, как и любил Фрейд «на 100% состоящим из плоти».

Складки ее массивного тела будто мерцают всеми оттенками коричневого, розового и белого цвета. Как художник подкрался к ней... и не разгневается ли богиня, когда она проснется.

Тилли была близким другом австралийского артиста и промоутера клуба Ли Бауэри - здесь их сфотографировали вместе в 1984 году родители Ли, Эвелин и Томас.

Тилли была близким другом австралийского артиста и промоутера клуба Ли Бауэри - здесь их сфотографировали вместе в 1984 году родители Ли, Эвелин и Томас.



Но не стоит волноваться. Во-первых, на самом деле богиня вовсе не спала: Фрейд рисовал ее в этой позе в течение многих месяцев. А во-вторых, это на самом деле не богиня: это Сью Тилли, в то время работающая в качестве социальной смотрительницы в лондонском центре занятости Jobcentre. На момент написания картин Тилли было около 30 лет, сейчас ей 60 лет, и в последние годы бывшая натурщица начала рисовать сама.

Тилли вела богемную жизнь задолго до того, как встретила Фрейда: она была близкой знакомой эпатажного художника Ли Бауэри, и когда она не позировала Фрейду, то в 1980-х годах проводила время в ночных клубах в Лондоне, таких как Blitz и Kinky Gerlinky. А особо она любила собственное детище Бауэри - Taboo. Этот клуб был одним из самых «диких» и авангардных в течение десятилетий, а его влияние на культуру ночной жизни Лондона и моды ощущается до сих пор.

Бауэри также был музой для Люсьена Фрейда. Тилли сфотографировала его (на фото справа) и модельера Дэвида Хола в своей квартире в Камдене.

Бауэри также был музой для Люсьена Фрейда. Тилли сфотографировала его (на фото справа) и модельера Дэвида Хола в своей квартире в Камдене.



О гении Бауэри написано уже много. Его изящно продуманные и эпатажные образы иногда были просто кошмарными, часто сексуальными, иногда действительно красивыми, и всегда вызывающими сильный общественный резонанс. Бауэри игнорировал общепринятые границы вкуса. Он был потрясающим во всех смыслах, но, как многие из гениев той эпохи, умер от СПИДа.

Сью Тилли впоследствии поведала о своих приключениях в 80-х в Instagram: к примеру, она говорила, что считала ночь неудачной, если не выпила столько, чтобы свалиться с ног. Но в историю она вошла благодаря серии из четырех обнаженных портретов, которые написал с нее Люсьен Фрейд в конце своей карьеры.

Картина «Социальный смотритель спит» (1995) побила рекорд, когда она была продана Роману Абрамовичу в 2008 году за 17 миллионов фунтов стерлингов (33,6 миллиона долларов).

Картина «Социальный смотритель спит» (1995) побила рекорд, когда она была продана Роману Абрамовичу в 2008 году за 17 миллионов фунтов стерлингов (33,6 миллиона долларов).



Картина «Социальный смотритель спит» (1995) является самой известной из тех, на которых была нарисована Сью Тилли. Первой же была «Вечер в студии» (1993), на которой Тилли растянулась на полу. На заднем плане в кресле сидит другая девушка, читающая книгу (ее имя не дошло до наших дней). Что интересно, Тилли впоследствии рассказала, что почувствовала себя просто счастливой, когда Фрейд купил диван, поскольку ей было больно лежать на полу часами.

«Социальный смотритель отдыхает» (1994) изображает Тилли в углу дивана с откинутой головой, как будто она проглотила яд - это положение попросту не могло быть удобным для отдыха. Наконец, в «Спящей у ковра со львами» (1996) Тилли изображена спящей прямо в кресле, лицом к зрителю.

Фрейд платил Тилли небольшую сумму каждый день, но она не получала никаких денег от продажи картин, для которых была натурщицей.

Фрейд платил Тилли небольшую сумму каждый день, но она не получала никаких денег от продажи картин, для которых была натурщицей.



Фрейд однажды сказал: «Если я кого-то рисую, мне нравится делать это, будто человек уснул или глубоко задумался о чем-то. Это создает ощущение, что модели не позируют и даже не подозревают, что их рисуют». Благодаря подобному методу, он сумел создать картины, которые производят глубокое впечатление на зрителя.

Все картины с Тилли работы Фрейда сегодня находятся в частных коллекциях, принадлежат чрезвычайно богатым людям, способным заплатить десятки миллионов фунтов за привилегию смотреть на «плоть» (так Фрейд любил называть свою натурщицу).

Например, Роман Абрамович установил рекорд стоимости картины при жизни художника, когда он купил «Социальный смотритель спит» в 2008 году за 17 миллионов фунтов стерлингов (33,6 миллиона долларов в то время). Поэтому сейчас данную картину могут увидеться разве что близкие друзья миллиардера — владельца футбольного клуба «Челси».

Фрейд был назван «непревзойденным интерпретатором человеческой плоти в красках», когда он написал «Спящую у ковра со львами» в 1996 году.

Фрейд был назван «непревзойденным интерпретатором человеческой плоти в красках», когда он написал «Спящую у ковра со львами» в 1996 году.



Еще одна картина Люсьена Фрейда с участием тучной модели, «Спящая у ковра со львами», сегодня выставлена в Галерее Тейт в Лондоне, где пробудет до конца августа 2018 года. Она была предоставлена для выставки миллиардером, который владеет футбольным клубом «Тоттенхэм Хотспур».

Когда полотно «Социальный смотритель отдыхает» (1994) было продано на аукционе Christie's в 2015 году за 35 миллионов фунтов стерлингов (56 миллионов долларов), руководитель послевоенного искусства Christie's Бретт Горви сказал, что эта картина «признана на международном уровне шедевром Фрейда и ставит его в один ряд с такими величайших художников человеческой истории, такими как Рембрандт и Рубенс».

Горви также описал картину как «триумф человеческого духа и наглядную демонстрацию любви Фрейда к человеческому телу... ведь Фрейд наблюдал каждый сантиметр тела Тилли почти ежедневно в течение более девяти месяцев».

«Социальный смотритель отдыхает» (1994) описывается как «триумф человеческого духа, демонстрирующий любовь Фрейда к человеческому телу».

«Социальный смотритель отдыхает» (1994) описывается как «триумф человеческого духа, демонстрирующий любовь Фрейда к человеческому телу».



Ни копейки из миллионов, за которые были проданы картины с ее изображением, не достались Тилли. Когда она позировала Фрейду, тот платил ей небольшую ежедневную плату. Сама натурщица считает, что Фрейд пригласил ее, поскольку Тилли представляла собой хорошее соотношение цены (низкой зарплаты) и качества (огромного количества плоти, к которой был так неравнодушен художник).

Но Тилли нравилось работать с Фрейдом, с которым ее познакомил Бауэри, сам позировавший художнику. Она считала внешность Люсьена Фрейда забавной, а также ей нравилось, что у него постоянно меняется настроение.

По ее словам, художник мог быть «скупым, чрезвычайно щедрым, сварливым, смешным, громким и тихим»... и это все в течение пары часов. Кажется, сварливость в характере Фрейда победила, поскольку он в итоге прекратил дружбу с Тилли после того, как обиделся на ее бесцеремонное замечание по поводу работы.

«Спящая у ковра со львами» в настоящее время демонстрируется в Галерее Тейт в Лондоне.

«Спящая у ковра со львами» в настоящее время демонстрируется в Галерее Тейт в Лондоне.



Фрейд отдал Тилли наброски картин, он она продала их много лет назад, когда бывшей натурщице не хватало денег. Что интересно, когда была продана за крупную сумму денег первая картина Фрейда из серии с Тилли, он даже не позвонил модели, чтобы поблагодарить ее.

Сегодня на стене квартиры Сью Тилли висит репродукция картины, на которой она изображена в свои молодые годы. Она уже давно ушла из центра занятости и переехала из Лондона в тихий приморский город в Восточном Сассексе. Но женщина вовсе не удалилась от мира искусства.

К ней часто приезжают художники, искусствоведы и журналисты со всего мира, которые хотят поговорить о Фрейде, Бауэри и Тилли. В 1997 году Сью опубликовала биографию Ли Бауэри, в которой очень ярко описала лондонские клубные субкультуры той эпохи. Также она вспомнила увлечение своей молодости, и снова начала рисовать (что интересно, получается это у бывшей музы Фрейда довольно неплохо).

Тилли уже много лет рисует: на этой картине 2016 года изображен Троян, один из людей, приближенных к Ли Бауэри в 1980-е годы.

Тилли уже много лет рисует: на этой картине 2016 года изображен Троян, один из людей, приближенных к Ли Бауэри в 1980-е годы.



В галерее восточного Лондона в 2015 году прошло крупная персональная выставка картин и рисунков Сью Тилли. Ее стиль описывают, как отрывочный и немного мультяшный, но при этом очаровательный. Обычно художница пишет портреты своих друзей или рисует обычные предметы окружающего быта.

Тилли нарисовала на тарелке шарж на картину Фрейда, который назвала «Социальный смотритель проснулся».

Тилли нарисовала на тарелке шарж на картину Фрейда, который назвала «Социальный смотритель проснулся».



Тилли не лишена чувства юмора. К примеру, она нарисовала на тарелке для благотворительного аукциона обнаженный автопортрет, стиль которого перекликается с картиной «Социальный смотритель отдыхает». Она назвала его «Социальный смотритель проснулся». Жаль, что Фрейд не дожил до сегодняшних дней и не увидит этого.

Источник ➝

"В моём доме лежит, значит моё", - сказала свекровь, отдав мои туфли Марине

-Давай, а? Иначе же мы не справимся, - уговаривал меня Илья около года тому назад, когда мы оформили отношения, - зачем снимать? Хотя бы это время?

Снимать квартиру, создав свою семью - для меня это было логичным. Все же живут, как-то копят на свое жилье, и мы бы смогли. Но муж считал иначе: у мамы трешка, сестра его живет отдельно, вместе с мужем, мама одна, зачем тратить деньги?

-Правильно, - поддерживала Ирина Александровна, - лишние траты. У меня вы будете на коммуналку только и на питание тратиться, посчитай, сколько денег сэкономите.

Я вам шкафы освободила, места навалом, все есть.

Фото из публичного доступа сети Интернет

 

И мы стали жить с мамой Ильи. Разногласий между нами не возникало. Из-за готовки, уборки и занятой ванной комнаты мы не спорили. Убирались по очереди, готовила свекровь, она это любит, за покупками ездили мы с Ильей. На коммуналку тоже отдавали без спора наши 2/3.

-Конечно, - делилась я с подругами, - хочется уже одним. Мы не ссоримся, но иной раз напрягает, что даже с мужем о чем-то говорить приходится с оглядкой, зато денежки в кубышку складываю и сердце радуется от растущей суммы.

-Как вы тут? - золовка Марина была нечастой гостьей, - Не обижаете маму? Обжились? О, вы в моей прежней комнате расположились? Я еще не скоро стану теткой?

Теткой делать Марину мы не собирались до приобретения своего жилья. То, что комнату ее прежнюю заняли? Ирина Александровна сама так предложила: она больше той, где до нашей свадьбы обитал Илья. Марина мне не нравилась: громкая, бесцеремонная, хорошо хоть, что редко ездит. В основном свекровь к дочери уезжала сама, сидеть с внучкой.

-Мам, - просила Марина по телефону, - мы в гости собрались за город, с ночевкой, не приедешь с внучкой пару дней посидеть?

И Ирина Александровна ехала на выходные сидеть с дочерью Марины. Девочке было два года, когда мы поженились, золовка еще в декрете сидела, но оставляла дочь то на маму мужа, то на свою, частенько: гости, свадьбы подруг, просто развеяться.

-Свекрови делать на пенсии все равно нечего, - пожимала она плечами, - да и маме в радость, а вам лучше - пара дней без свекрухи.

Марина подмигивала мне при этих словах. Жила золовка в наследственной квартире мужа, с учетом декрета, доходы были не очень, но денег у пока работавшей мамы, она не просила, хотя частенько ныла, что их ей не хватает. А еще была большой любительницей сунуть свой нос, куда не просят.

-Ой, - заглядывала она в шкаф, - новые кроссовочки купила? Миленькие. Я у тебя на столике туалетную воду увидела и не удержалась, побрызгалась.

Мне неприятно было: бесцеремонная какая. Пока я на работе или мы с мужем в кино ходим, она, оставив дочь со своей свекровью, приедет, везде прошарит.

-"Ачотакова"? - говорила Марина, - Мы же одна семья. Вот будете жить отдельно, у себя, я к вам ходить не буду.

Свекровь? Свекровь дочушке в рот смотрела, тоже проблемы никакой не видела. А мне и не очень удобно было мужа впутывать в дела о туалетной воде, да и права не покачаешь: живем не у себя.

-Дождик начался, - протянула Марина, бывшая у нас в гостях прошлой осенью еще, - а я без зонтика. Мам, я возьму твой?

-Да, конечно, - отозвалась Ирина Александровна, - у меня есть еще один, неудобный, правда, в сумку не влезает, но ты же привезешь?

Я слышала этот диалог краем уха: в своей комнате была, а вечером мы с мужем решили в кино сходить.

-Где мой зонт? Вроде бы сюда вешала, - обшаривала я шкаф в прихожке.

-Ой, - всплеснула руками свекровь, - значит Марина не мой зонт, а твой взяла. Ты же вроде бы никуда не собиралась. А мой ей по цвету к пальто не подошел. Она же вернет, возьми пока мой.

Я поморщилась: зонт свекрови с ярко-зелеными цветами, аляповатость несусветная. И потом, меня никто не спросил, можно ли взять мое.

-Не дуйся, - сказал Илья, - до метро дойдем под моим черным. Маринке позвоню, твой вернет.

Знаете, сколько времени Марина возвращала мою вещь? С октября до февраля. То забыла, то в другой сумке оставила, то еще что-то.

-На, - вручила мне зонт золовка, - ты, прям, пережить не могла, что его нет! Все уши мне этим зонтом прожужжала.

Конечно прожужжала, я осталась без зонта в самый дождливый сезон. Нет бы извиниться.

-А за что? - сделала Марина круглые глаза, - ну взяла. Я взяла то, что в доме мамы моей было. На вешалке висит зонт, буду я разбираться, чей он, взяла и взяла, я думала, что это мамин. А дом моей мамы - мой дом, в конце концов, правда, мам?

-Правда, - кивала головой Ирина Александровна, - здесь тебе всегда рады.

-Давай уйдем на квартиру, - впервые попросила я Илью в тот же вечер, - я не могу так и не хочу.

-Котенок, - обнял меня муж, - Марина всегда была такая, ну она же редко бывает? Мама же нас не гонит, не обижает, нам немного копить осталось, еще полгодика-год и мы съедем. Маринка через неделю выходит из декрета, будет появляться у нас еще реже.

-Ну все, жду вас с Ильей в субботу, - моя подруга пригласила на свадьбу, - свидетельницей пришлось позвать Нину, ты же взяла и раньше лучшей подруги замуж выскочила, а замужним в свидетельницы дорога закрыта.

В чем идти на свадьбу лучшей подруги - это тема. Мы с Ильей договорились, что распечатаем кубышку и выделим мне на платье.

-Туфли есть, - говорю, - я платье присмотрела красно-черное, под него подойдут мои красные лодочки.

-Сто лет тебя на шпильке не видел, - пошутил Илья, - с самой нашей свадьбы.

Это правда, я на работу предпочитаю бегать в кроссовках, а шпильки и каблуки - для торжественных выходов. Со свадьбы у меня оставались белые туфли, а красные - еще со времен выпуска из института 4 года назад.

И именно красных я не нашла утром в субботу, когда наряжалась на торжество к подруге.

-Ты не перекладывал? - спрашиваю мужа, - Может в прихожку коробку унес?

Муж так на меня посмотрел, что я поняла: мой вопрос глупый, зачем бы мужу перекладывать с антресолей шкафа коробку с туфлями. Вряд ли он и знал, что туфли там лежали.

-Ты же их не носила, - вошла к нам Ирина Александровна, - я их на тебе ни разу не видела. Я Марине отдала, у нее костюм есть красный, она же на работу вышла, поизносилась за декрет, а на что ей новое покупать?

Я дар речи потеряла от услышанного. Стою и глазами хлопаю.

-Ну пусть оденет белые туфли, проблема-то, - ответила Марина, которой позвонил мой муж.

-Проблема, - я выхватила трубку телефона, - а у тебя проблем не было, когда ты забирала чужое? Без спроса?

-То, что лежит в доме моей мамы, - ответила золовка, - чужим быть не может. Не можешь идти в белых, пусть Илья приедет сам за твоими башмаками, мне некогда их развозить.

-Я сгоняю, - сказал муж, - туда-обратно, успеем на свадьбу, не переживай.

Туда-обратно - это час или больше. Муж уехал, а свекровь решила мне выговорить:

-Устроила цыганочку с выходом на пустом месте, зачем было так с Мариной разговаривать? Она же не украла, а взяла.

-Она взяла с Вашего разрешения? - спросила я, а Ирина Александровна кивнула, - Значит, Вы отдали мое, меня не спросив?

-Ты их не носила, - разозлилась свекровь, - что трагедию устраивать? Привезет тебе муж твои драгоценные туфли. Спрашивать? Правильно Марина говорит, чего я должна спрашивать? Дом мой, комната моя, шкаф и тот мой, в конце концов. Не хотела я тебе говорить, но ты же вынуждаешь, выставила меня и мою дочь чуть ли не воровками.

Я промолчала, дождалась мужа, потом мы на торжество уехали.

-Давай у моих переночуем, они же отсюда живут в 7-ми минутах ходьбы, - предложила я Илье поздно вечером, такси не брать, прогуляемся.

Муж согласился, а ультиматум я приберегла на утро.

-Я поеду к твоей маме только, чтобы собрать вещи, - объявила я, - квартиру снимем, да еще и ближе к работе. Я уже звонила по трем адресам, пока ты за туфлями моими ездил.

-Что ты начинаешь! - не понял Илья, - Хочешь, мы замок в комнату врежем?

-Не хочу замок, - ответила я, - не начинаю. Представь, что ты сейчас выходишь обуваться, а ботинок нет. И мама моя говорит, что отдала эти ботинки сыну своего брата. Что это ее дом и все, что в нем - тоже ее.

Муж вспылил. Но я осталась непреклонна: от моих я поеду только смотреть съемные квартиры, тем более, что папа согласился нас на машине отвезти.

-Дурь, - сказала свекровь, когда мы вечером приехали собирать вещи, - на пустом месте. Я вас не гнала и невестку не обижала. Сама придумала, сама обиделась. Будете еще года 2 копить на свое жилье.

Будем. Я согласна отложить мечту о своей квартире, где все, что лежит - будет мое и только мое. Ночевали мы с Ильей на новом месте. Папа обещал из дома посуду кое-какую привезти к вечеру. Все остальное - наживем.

Картина дня

))}
Loading...
наверх